Старший следователь-криминалист следственного отделения УФСБ России по ЕАО Дмитрий Янкин допрашивает Наталью Кочеву в качестве свидетеля по делу Олега Постникова. Следователь угрожает верующей преследованием по статье об отказе от дачи показаний в связи с тем, что женщина пользуется 51-й статьей Конституции РФ.
Дмитрий Янкин выносит постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Натальи Кочевой по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ.
Следствие считает, что Наталья продолжила деятельность «экстремисткой организации в ходе множества (не менее четырех) конспиративных встреч… в форме коллективного религиозного собрания… состоящего из публичного изучения различных экстремистских материалов, исполнения песен из специального сборника религиозного учения Свидетелей Иеговы, молитв, проповедей».
Рано утром Наталью задерживают на рабочем месте и доставляют домой. В течение 20 минут три сотрудника ФСБ в присутствии адвоката проводят обыск. У Натальи изымают планшет, несколько телефонов и Библию.
Уголовное дело против Натальи Кочевой передано в Биробиджанский районный суд. Его будет рассматривать судья Юлия Цыкина.
Первое судебное заседание по делу. В ответ на доводы обвинения верующая заявляет, что ее право исповедовать религию Свидетелей Иеговы гарантировано Конституцией РФ. По ее словам, Библия и основанные на ней материалы находятся в свободном доступе и не могут считаться экстремистскими, а значит, не могут служить основанием для уголовного преследования.
Суд исследует видеозаписи богослужений. Прокурор неоднократно останавливает воспроизведение, фиксируя эпизоды с участием Кочевой. Наталья комментирует один из фрагментов, в котором обсуждается библейская книга Откровение: «Верующие мирно, без призывов к насилию и вражде делятся тем, как ее понимают». Кочева также напоминает суду о действующем российском законодательстве: «Есть закон, защищающий священные тексты — Коран, Библию, Ганджур, Танах. Их цитаты не могут быть признаны экстремистскими. Закон подписан президентом РФ».
Наталья Кочева зачитывает суду письменные показания. Разбирая выдвинутые против нее обвинения, верующая показывает, что экстремизм — это насилие и возбуждение ненависти, но ничего этого в ее действиях не было: на богослужебных встречах с ее участием обсуждали Библию и пели песни.
Верующая оспаривает обе экспертизы, положенные в основу обвинения. По ее словам, лингвистическая экспертиза Пензенской лаборатории проведена в нарушение постановления Правительства РФ, которое запрещает поручать исследования по делам об экстремизме негосударственным организациям. Второе заключение, выполненное сотрудником УФСБ, Кочева считает беспредметным: «В своих выводах эксперт не указал ни одной моей фразы, которая содержала бы признаки возбуждения ненависти или иные признаки экстремизма».
Кочева также рассказывает о своем пути к вере и крещению. По ее словам, она никогда не вступала в местное религиозное юрлицо. «Стала ли я в момент крещения членом Местной религиозной организации в Биробиджане? Ну конечно же, нет. В то время я даже не знала о ее существовании», — отмечает она.
Наталья Кочева ссылается на решения ООН весны 2026 года: КПЧ ООН и Рабочая группа по произвольным задержаниям признали преследование верующих в России нарушением Международного пакта о гражданских и политических правах.
В прениях прокурор Галсанова запрашивает для Натальи Кочевой 3 года условно, 6 месяцев ограничения свободы и запрет определенных действий сроком на 5 лет.