РаспечататьСовременная деятельность Свидетелей Иеговы
Россия
ПРАЗДНОВАНИЕ ВЕЧЕРИ
Каждый год братья в лагерях старались проводить празднование Вечери. За все годы пребывания в мордовском лагере ни один из братьев не пропустил этого события. Конечно же, администрация лагеря старалась этому помешать. Им была известна дата празднования, и в этот день обычно все лагерные службы приводились в повышенную готовность. Однако к вечеру оттого, что приходилось неусыпно следить за братьями, многие охранники уставали, поскольку не знали ни места, ни точного времени проведения Вечери.
За все годы, проведенные в мордовском лагере, никто из братьев не пропустил Вечерю
Братья всегда старались достать пресный хлеб и вино. Однажды в день Вечери отрядный одной смены, обнаружив в тумбочке приготовленные для празднования символы, забрал их. Однако позднее, когда смена поменялась, брат, убиравший в кабинете того отрядного, незаметно вынес символы и передал их братьям. Вечером, во время третьей смены, братья смогли с этими символами отпраздновать Вечерю. А символы были очень нужны, поскольку один из братьев принимал от них.
ПРОВЕДЕНИЕ ВЕЧЕРИ В ЖЕНСКОМ ЛАГЕРЕ
В других лагерях при проведении Вечери тоже сталкивались с трудностями. Валентина Гарновская вспоминает, как чрезвычайно трудно было проводить Вечерю в женском лагере в Кемерово. Она рассказывает: «В этом лагере содержалось около 180 сестер. Нам запрещалось встречаться вместе. За десять лет мы смогли провести празднование Вечери лишь дважды. Как-то раз мы решили провести Вечерю в одном из кабинетов, который я убирала. Сестры тайно стали там собираться, приходя одна за другой в течение нескольких часов до начала Вечери. Пришло около 80 сестер. На столе у нас был незаквашенный хлеб и сухое красное вино.
Мы решили начать без песни, и одна сестра произнесла вступительную молитву, и вначале всё проходило достойно и радостно. Но затем мы услышали шум и крики и поняли, что нас ищут охранники. Вдруг мы увидели, как отрядный смотрит на нас в окно, хотя окно было высоко от земли. В тот же момент раздался сильный стук в дверь, и кто-то потребовал, чтобы мы ее открыли. Ворвавшись в кабинет, охранники схватили сестру, которая выступала с речью, и увели ее в одиночную камеру. Другая сестра смело продолжила речь, и ее тоже схватили. Сразу после нее третья сестра попыталась выступить с речью, поэтому всех нас затолкали в другую комнату, угрожая одиночным заключением. Там мы закончили празднование Вечери с песней и заключительной молитвой.
Когда мы вернулись в бараки, другие заключенные встретили нас словами: „Когда вы все вдруг исчезли, мы решили, что пришел Армагеддон и Бог забрал вас на небо, а нас оставил здесь погибать!“ Эти заключенные были с нами уже несколько лет, но истину не принимали. Однако после этого некоторые из них стали прислушиваться к нашим словам».
«МЫ ПРИЖИМАЛИСЬ ДРУГ К ДРУГУ»
В одном воркутинском лагере находилось много Свидетелей из Молдавии, Украины, Прибалтики и других республик Советского Союза. Иван Климко вспоминает: «Стояла зима 1948 года. Хотя у нас не было библейской литературы, мы записывали на маленьких листочках бумаги то, что вспоминали из прошлых журналов, и прятали от надзирателей. Но они знали, что у нас есть такие листочки. Начались долгие мучительные обыски. В морозные зимние дни нас выгоняли на улицу и выстраивали в линейку по пять человек. Часто нас пересчитывали по нескольку раз. Казалось, они ждали, что мы сами отдадим эти листочки, чтобы не замерзнуть на сильном морозе. Когда нас вот так по нескольку раз пересчитывали, мы тесно прижимались друг к другу и обсуждали какую-нибудь библейскую тему. Наши мысли всегда были заняты духовным. Иегова помогал нам оставаться верными ему. Некоторое время спустя братьям удалось пронести в лагерь даже Библию. Ее мы разделили на несколько частей, чтобы во время обыска ее не конфисковали целиком.
Среди охранников были те, кто понимал, что тюремный лагерь не место для Свидетелей Иеговы. Эти добрые люди помогали нам как могли. Некоторые из них попросту „закрывали глаза“, когда кому-нибудь из нас приходила посылка. Обычно в каждой посылке были спрятаны один или два листочка из „Сторожевой башни“. Эти листочки весом несколько граммов были ценнее килограммов продуктов. В каждом лагере Свидетели были обделены во многом, но в духовном отношении мы были очень богаты» (Ис. 65:13, 14).
Покрепче «утверждаем колья»
ДМИТРИЙ ЛИВЫЙ
РОДИЛСЯ: 1921 год.
КРЕСТИЛСЯ: 1943 год.
КРАТКИЕ СВЕДЕНИЯ: более 20 лет прослужил в Комитете страны, а теперь служит старейшиной в одном собрании в Сибири.
В 1944 году, за полгода до окончания Второй мировой войны, я предстал перед военным трибуналом за позицию христианского нейтралитета. Меня приговорили к смертной казни через расстрел, но этот приговор заменили на 10 лет заключения в исправительно-трудовых лагерях.
В январе 1945 года меня привезли в лагерь на севере России в город Печору в Республике Коми. Среди сотен заключенных лагеря было 10 наших братьев. К сожалению, мою единственную «Сторожевую башню» конфисковали, и мы остались без духовной пищи. Я был настолько истощен, что вообще не мог работать. Когда мы мылись в бане, один брат сказал мне, что я похож на скелет. И действительно, я так жалко выглядел, что меня перевели в воркутинский санитарный городок.
Через некоторое время я немного поправился, и меня отправили на работу в песчаный карьер. Не прошло и месяца, как я снова выглядел как скелет. Врач подумал, что я меняю еду на табак, но я сказал, что я Свидетель Иеговы и не курю. В том лагере я пробыл больше двух лет. Хотя я был единственным Свидетелем, всегда находились те, кому было интересно слушать об истине, и некоторые из них откликнулись на благую весть.
Однажды мои родные прислали переписанную от руки «Сторожевую башню». Как удалось ее получить, если каждую посылку тщательно осматривал надзиратель? Вчетверо сложенные листы поместили в двойное дно консервной банки и залили толстым слоем жира. Тюремный надзиратель проткнул банку насквозь и, не обнаружив ничего подозрительного, отдал ее мне. Этот источник «живой воды» питал меня какое-то время (Иоан. 4:10).
В октябре 1949 года меня досрочно освободили, а в ноябре я вернулся домой на Украину. Мы слышали, что некоторые братья ездили в Москву, чтобы зарегистрировать нашу деятельность, но власти, похоже, не были готовы признать Свидетелей Иеговы в Советском Союзе.
В ночь на 8 апреля 1951 года нас вместе с другими семьями Свидетелей Иеговы погрузили в вагоны и отправили в Сибирь. Две недели спустя мы были в далекой Сибири, в поселке Центральный Хазан Иркутской области.
Слова из Исаии 54:2 «пусти длиннее верви твои и утверди колья твои» глубоко запечатлелись в нашем сердце. Казалось, что это пророчество исполняется на нас. Кто бы из нас добровольно переехал в Сибирь? Я подумал: надо покрепче «утвердить колья». С тех пор я прожил в Сибири более 55 лет.
«ОН РАЗДЕЛИТ ЕЕ НА 50 ЧАСТЕЙ!»
Каждую неделю братья проводили изучения с теми, кто проявлял интерес к истине. Некоторые заключенные, даже те, кто не интересовался Библией, знали, что после семи часов вечера в бараках проводились библейские изучения, и старались не шуметь. Иов Андроник вспоминает: «Было очевидно, что Иегова заботится о нас и о продвижении своего дела. Кроме того, мы старались проявлять христианскую любовь друг к другу, применяя библейские принципы. Например, мы делились другом с другом продуктами, которые нам присылали в посылках, что было необычно в лагерях.
У нас в лагере ответственным за распределение продуктов среди братьев был Николай Пятоха. Один кагэбист как-то сказал: „Дай Николаю одну конфету, и он разделит ее на 50 частей!“ Вот как поступали братья. Мы делились всем, что приходило в лагерь, будь то буквальная или духовная пища. Это поддерживало нас, а также было прекрасным свидетельством для искренних людей» (Матф. 28:19, 20; Иоан. 13:34, 35).
У меня никогда не было своего дома
ВАЛЕНТИНА ГАРНОВСКАЯ
РОДИЛАСЬ: 1924 год.
КРЕСТИЛАСЬ: 1967 год.
КРАТКИЕ СВЕДЕНИЯ: провела 21 год в тюрьмах и лагерях, 18 из которых до своего крещения. С ее помощью 44 человека узнали истину. Умерла в 2001 году.
МЫ С МАМОЙ жили в Западной Белоруссии. Я познакомилась со Свидетелем Иеговы в феврале 1945 года. Этот Свидетель приходил к нам всего три раза и свои слова подкреплял стихами из Библии. Хотя я больше его не видела, я стала проповедовать соседям и знакомым. Власти арестовали меня и приговорили к восьми годам лагерей. Меня отправили в Ульяновскую область.
В лагере я присматривалась к заключенным и прислушивалась к их разговорам, надеясь найти Свидетелей Иеговы. В 1948 году я услышала, как одна заключенная рассказывала о Царстве Бога. Ее звали Ася. Я была так рада, что могла разговаривать с ней на духовные темы. Вскоре в лагерь привезли еще трех наших сестер. Литературы у нас было мало, поэтому мы старались больше общаться.
В 1953 году меня освободили, но спустя три с половиной года осудили за проповедь и приговорили к 10 годам. В 1957 году меня перевели в кемеровский лагерь, где было примерно 180 сестер. Мы никогда не оставались без литературы. Зимой мы прятали литературу в снегу, а летом — в траве и в земле. Во время обысков я брала рукописи в руки, покрывала плечи большим платком и держала руками за концы платка. Когда я переезжала из лагеря в лагерь, я надевала шапку, которую сшила сама, и клала в нее несколько выпусков «Сторожевой башни».
В конце срока меня отправили в мордовский лагерь. Там была Библия, которая хранилась в надежном месте. Мы могли заглянуть в нее только в присутствии сестры, которая отвечала за ее хранение. До этого я видела Библию только в руках брата, который познакомил меня с истиной в 1945 году.
Когда меня освободили в 1967 году, я поехала в Ангрен, что в Узбекистане. Там я смогла символизировать свое посвящение Иегове водным крещением. Не считая первой встречи со Свидетелем, я впервые встретила братьев, ведь все это время я находилась в женских трудовых лагерях. Все братья и сестры в собрании были очень ревностными в служении, и я быстро их полюбила. В январе 1969 года были арестованы за проповедь восемь братьев и пять сестер из нашего собрания, среди которых была и я. Меня, как «особо опасную рецидивистку», приговорили к трем годам. Много раз за проповедь меня сажали в одиночную камеру.
Я проводила библейские изучения с интересующимися, прячась под одеяло. На прогулке нам запрещалось разговаривать друг с другом. Если видели, что мы разговариваем, в наказание нас отправляли в карцер. Мы пользовались только рукописной литературой, которую постоянно переписывали.
У меня никогда не было своего дома. Все мое имущество помещалось в одном чемодане, но, служа Иегове, я была счастлива и довольна.
НАДБАВКА ЗА ПРИМЕРНОЕ ПОВЕДЕНИЕ
В одном лагере те, кто работал непосредственно со Свидетелями Иеговы, получал к окладу денежную надбавку до 30 процентов. Почему? Виктор Гутшмидт вспоминает: «Женщина, которая раньше работала в лагерном киоске, объяснила почему. Она сказала, что в лагерях, где содержались многие наши братья, всем работникам было приказано не раздражаться, не сквернословить, а вести себя тактично и вежливо. Именно за такое примерное поведение работники лагеря получали надбавку к зарплате. Это делалось для того, чтобы показать, что не только Свидетели Иеговы ведут примерный образ жизни и что они ничем не отличаются от других. Выходит, надбавку давали за хорошее поведение. В лагере работали медики, мастера, бухгалтеры, надзиратели — всего около 100 человек. Никто не хотел терять дополнительные деньги.
Однажды брат, работавший за пределами лагеря, случайно услышал, как бригадир, не-Свидетель, громко сквернословил. На следующий день брат встретил его в лагере и сказал: „Вас, наверное, на вахте сильно обидели, вы так громко ругались!“ Тот признался: „Нет, просто за целый день внутри всё накопилось, а когда вышел, выпустил пар“. Действительно, для людей было тяжелым бременем вести себя так же, как Свидетели Иеговы».
СТЕКЛИМ ОКНА И ПРОПОВЕДУЕМ
Николай Гуцуляк неформально свидетельствовал жене начальника лагеря
Братья пользовались любой возможностью, чтобы свидетельствовать другим, и порой их усилия щедро вознаграждались. Николай Гуцуляк вспоминает: «Мы часто получали продукты в лагерном киоске. Каждый раз, когда подходила моя очередь, я старался коротко затронуть какую-нибудь библейскую тему. Женщина, которая отпускала продукты, всегда внимательно слушала и однажды попросила дать ей что-нибудь почитать. Три дня спустя офицер вызвал меня на проходную. Он сказал, чтобы я и еще один Свидетель застеклили окно в доме начальника лагеря.
В сопровождении трех конвоиров мы с братом пошли в город. Когда мы подошли к дому, дверь открыла женщина, которая работала в продуктовом киоске. Она оказалась женой начальника лагеря! Один солдат встал у ворот, а двое других — у окон. Угостив чаем, женщина попросила нас больше рассказать о Библии. В тот день мы застеклили ей окно и дали основательное свидетельство. Она выслушала и сказала: „Не бойтесь меня. Мои родители, так же как и вы, были богобоязненными людьми“. Она тайно читала нашу литературу, не говоря об этом мужу, который ненавидел Свидетелей Иеговы».
«ИДИТЕ НА СВОИ РАБОЧИЕ МЕСТА»
Среди чиновников были и те, кто благосклонно относился к Свидетелям Иеговы и хорошо о них отзывался. В 1970-е годы в городе Братске Иркутской области партийное бюро деревообрабатывающего комбината приняло решение уволить всех Свидетелей Иеговы. Братьям сказали: «Раз вы не любите советскую власть, то и она не будет вас поддерживать. Вы любите Иегову, пусть он вас всем и обеспечивает». Уволенные братья решили, что в таком случае самым лучшим будет открыто проповедовать, и стали ходить по домам. Однажды им открыла дверь женщина. Братья представились и вкратце объяснили цель своего прихода. Из кухни раздался мужской голос: «С кем это ты разговариваешь? Пусть люди заходят в дом». Когда братья вошли, мужчина спросил: «Сейчас рабочее время, почему вы не на работе?» Братья рассказали, как они остались без работы.
Как выяснилось впоследствии, это был прокурор, который приехал домой на обед. Возмущенный, он позвонил на комбинат и спросил, действительно ли партийное бюро комбината уволило всех Свидетелей Иеговы. Получив утвердительный ответ, прокурор продолжил: «На каком основании? Вы понимаете, что нарушили закон? Вы не имели никакого права! Я вам приказываю всех уволенных Свидетелей принять обратно на работу и выплатить компенсацию за три месяца, в течение которых они не работали по вашей вине». Он положил трубку и, обращаясь к братьям, сказал: «Завтра же идите на свои рабочие места и продолжайте работать».